Теперь мы должны откинуть страницы в Книге Времени и вернуться к периоду за тридцать лет до вышеописанных событий. Чтобы проследить влияние мистических и оккультных сил с начала христианства, нам следует обратить взор на события, связанные с рождением Иисуса. В течение этих тридцати лет произошли знаменательные происшествия.
Начнем с мистического рассказа о Иисусе Христе, сообщаемого ученику всякого оккультного ордена главным учителем и относящегося к событию, происшедшему за год с небольшим до рождения Христа.
В Матф. II, 1—2 рассказывается следующее: «Когда же Иисус родился в Вифлееме Иудейском, во дни царя Ирода, пришли в Иерусалим мудрецы с востока и говорили: где родился Царь Иудейский? Ибо мы видели звезду Его на востоке и пришли поклониться ему.»
Этими простыми словами говорится о событии, которое передано гораздо подробнее в эзотерических учениях мистических братьев и оккультных орденов востока и хорошо известно также членам тайных орденов западного мира. Рассказ о «Магах» основывается на преданиях восточных мистиков, и мы вкратце приведем его здесь, как он был передан Иерофантом неофиту, — как Гуру передал его Челу.
Йога это явление, содержащее в себе вызов. Путь, сплошь изрытый смертельно опасными ловушками и в то же время раскрывающий перед человеческим существом фантастические многомерные перспективы, которые не может охватить даже самое буйное воображение... Непрекращающаяся битва за новое качество осознания, перманентная скрытая война, в которой не бывает окончательной победы, ибо смысл ее, как и смысл жизни, не в том, чтобы победить раз и навсегда, а в том, чтобы постоянно побеждать и никогда ни на мгновение не прекращать сражаться...
Стиль Йоги Восьми Кругов - достаточно современный технологический подход человека к всестороннему осознанному развитию самого себя. Подход, который основан не на упрощенных суррогатах, а на настоящих древних техниках, тщательно отобранных и скомпонованных в концентрированные последовательности. Эти последовательности вполне вписываются в напряженный образ жизни современного человека и позволяют ему не просто абстрактно развить себя, а сделать осознанным и творчески эффективным каждое свое действие, каждое слово и каждую мысль. Не уйти в йогу, чтобы спрятаться от жизни, а наоборот - ввести йогу в свою жизнь и обрести в ней неистощимый источник энергии и творческих сил для кардинального решения задач каких угодно уровней сложности, для прямого и непосредственного постижения любых аспектов бытия. Сегодня это может быть только так. Ничто другое не имеет смысла. Впрочем, это всегда было так, и если кто-то склонялся к иному мнению, то, вероятнее всего, только лишь из-за недостатка неискаженной информации.
Понятие телесности рассматривается здесь в широком контексте, принятом в современной философии, а именно, как воплощение определенного способа построения мышления, заданного той или иной культурной системой ценностей. «Тело» новорожденного совершенно неоформленное и, можно сказать, никакое, а традиция состоит в придании определенной формы телам. Воплощение – это не факт рождения в человеческом теле, а процесс формирования, который обретает свое завершение в обнаружении пределов тела, то есть в развоплощении, или смерти. Все усилия самосознания сводятся к попыткам выделить чистое сознание из видимости тела и осознать саму телесность. Все духовные пути расходятся по их отношению к телу, – производится ли самореализация в духе или в теле, – но все они сходятся в сосредоточении на отношении к телу. Одухотворение тела вплоть до преображения материи в сознание принято в даосизме, буддизме ваджраяны и хатха йоге.
Культурные традиции заняты воплощением человеческих существ, а духовные практики – их развоплощением. Практика хатха йоги предполагает методологию полного развоплощения и овладения сознательным построением своей телесности того или иного вида. Определение пограничных областей в сфере хатха йоги состоит в опознавании традиций на уровне структуры индивидуального тела их адептов. При подобных взаимодействиях практик хатха йоги выступает как человек, сознание которого в наименьшей степени обусловлено культурным «телом». Как известно, в йогической философии нет вообще ничего, кроме телесности, и вся духовная структура представляет собой различные «тела» той или иной степени тонкости и осознанности. Мышление как виджнянамайя коша есть некое «сознание» в физическом теле, но оно также есть некое «тело» для такого сознания, как анандамайя коша, которое тоже есть некое «тело». Телесность – это сознательность.
